№ 11 (210) 2025г.

– Евгений Никандрович, как возникла идея книжной серии «Толкование источников права»?

– Книжные серии – плод интеллектуального труда многих участников, объединенных стремлением к поиску ответов на актуальные для них вопросы. Процесс создания книги, особенно коллективной монографии, требует не только аккумуляции усилий, но и совпадения интересов соавторов. Конечно, без надежного издательства в таком начинании не обойтись. Мне встречалось много талантливых и увлеченных людей, один из них – Игорь Александрович Савкин, выпускник философского факультета Ленинградского государственного университета им. А. А. Жданова, главный редактор авторитетного Издательства «Алетейя». Он одобрил мою идею, мы обсудили параметры сотрудничества, при участии Ивана Граве разработали оригинальный дизайн и логотип серии. В 2015 году была выпущена первая книга «Толкование закона и права. Т. I», которая привлекла внимание юристов, и вот за 10 лет нам удалось издать 35 книг, многие из которых вошли в топы продаж своего сегмента.

– В чем причины растущего интереса к серии?

– Вероятные причины неослабевающего интереса связана с несколькими имманентными качествами серии.
Во-первых, коллективные монографии формируются на основе проблематизированного дискурса, который представляется референтному сообществу ещё недостаточно исследованным, например, «Релятивизм в праве» (2021) или «Как возможна логика в праве?» (2021). В этом случае соавторам интересно исследование и развитие темы в коллаборации с другими исследователями.
Во-вторых, темы согласовываются с редакторами и структурируются сообразно замыслу, который направлен на максимально широкое раскрытие избранного исследовательского направления (ориентируясь на искушенного читателя). Удачным примером можно назвать две монографии о герменевтике: первая возникла из научного спора с другом и соредактором Юрием Юрьевичем Ветютневым. В целях поиска ответов на взаимные вопросы мы привлекли к дискуссии наших интеллектуальных сообщников, результатом обмена мнениями стала объемная монография «Юридическая герменевтика в XXI веке» (2016). Но опубликованная книга так разожгла «герменевтический огонь» в научных кругах, что наш мудрый друг и соредактор Илья Львович Честнов посвятил очередную конференцию (XVI Спиридоновские чтения) теме «Толкование права: парадигмы юридической герменевтики», по результатам которой была издана монография «Парадигмы юридической герменевтики» (2017). Эти две книги можно назвать «манифестом» отечественной юридической герменевтики, поскольку в них представлены взаимодополняющие точки зрения, предложены современные методологические приемы, дана оценка предшествующим отечественным и зарубежным исследованиям. Для понимания многогранности избранного направления студенту сегодня достаточно ознакомиться с двумя томами нашей серии, чтобы уяснить всю палитру знаний этого пути юриспруденции.
В-третьих, залогом успеха серии является, в том числе, научная деятельность Ильи Львовича Честнова, который выступает не только редактором, соредактором и соавтором многих книг, но и ежегодно организовывает уникальные конференции в парадигме постклассической научно-исследовательской программы. В этом году состоялась уже XXV конференция этого направления на тему «Перспективы правового реализма». Нам с ним уже несколько лет удается по итогам каждой конференции издавать не просто сборник тезисов, а скруктурированную, концептуальную монографию, содержащую исчерпывающие многосторонние исследования квалифицированных авторов.
В-четвертых, развитию серии помогает активная творческая деятельность коллеги и друга Романа Анатольевича Ромашова, который выступает в роли редактора, соредактора, автора и соавтора. В качестве примера приведу «Правогенез» (2021) и «Истоки и источники права» (2022), – обе книги пользуются популярностью не только у преподавателей, но и у студентов, – их стали включать в рабочие программы юридических дисциплин. А монография «Государственноправовые системы современности» (2023) оказалась настолько удачной, что была трансформирована в учебник «Государственно-правовые системы современности» (2025), который вышел в Издательстве «Юрайт». Творческий потенциал Р. А. Ромашова настолько велик и многогранен, что его хватит на много книг и учеников.

– В большинстве книг серии Вы являетесь одним из двух или трех редакторов. Каким образом в работу над новой монографией привлекаются другие редакторы?
Как распределяются обязанности между редакторами?
В чем заключаются основные трудности работы с коллективом теоретиков права?

– Редактор выступает инициатором и архитектором проекта, одновременно он гарантирует стандартное (в значении «высокое») качество текстов, его деятельность обеспечивает целостность и последовательность книги. Чаще всего редактор приходит с уже существующим (или частично сформированным) коллективом авторов. Приходится учитывать, в том числе, загруженность авторов, их способность работать в команде и соблюдать дедлайны. Поскольку речь идет о теоретиках права, то нужно учитывать особенности философского восприятия времени, чтобы, с одной стороны, не перейти в бесконечное ожидание текстов, с другой, – позволить автору успешно финализировать задуманное. Пределов совершенству нет, учимся избавляться от лингвистического перфекционизма и останавливать многократное усовершенствование текстов. Нельзя допускать такую ситуацию, когда автор полгода работал над главой, а потом редактор не дождался 2 дня и направил рукопись в издательство. Книги живут долго, особенно толстые теоретические фолианты, у них после выхода из печати начинается самостоятельная жизнь, иногда весьма непредсказуемая.
Современный редактор вынужден выступать и корректором, и аналитиком, не допуская выпуска в печать книги со смысловыми ошибками и повторами. Противоречивые мнения соавторов приходится «разводить» в соответствующие идеям разделы, формируя однотипные исследовательские направления внутри книги. Предисловия и заключения, именные и предметные указатели, общий библиографический список, аннотации и работа со вспомогательным аппаратом, – входят в компетенцию редакторов, которые ad hoc распределяют свои обязанности.
Отдельного внимания заслуживает корректура верстки: она может стать болью для редактора, если каждый автор на этой стадии захочет еще раз усовершенствовать свой текст. Как мы хорошо понимаем, авторское творчество не останавливается после направления текста редактору, иногда приходится тормозить процесс направления книги в печать, чтобы автор смог исправить текст в уже сверстанной книге. Согласно издательской практике (в целях ускорения направления книги в печать) на этой стадии исправляются опечатки и устраняются ранее незамеченные технические недостатки текста, без его радикального увеличения или уменьшения.
Книжной серии повезло с редакторами, в качестве которых за 10 лет выступило 29 ученых, в т.ч. М. В. Антонов, М. А. Беляев, Ю. Ю. Ветютнев, Я. И. Гилинский, В. В. Денисенко, Е. Н. Лисанюк, Д. И. Луковская, Н. И. Малышева, А. М. Михайлов, И. И. Осветимская, Е. Г. Самохина, М. И. Юдина и др.

– Каким образом собирается авторский коллектив монографий для серии? Какие правила действуют внутри авторского коллектива?

– Свобода интеллектуального творчества проявляется в независимости мнения автора от позиции редакторов и иных лиц. Каждый готовит заранее согласованную (по его интересам) главу, его точка зрения может не совпадать со взглядами другого соавтора. В итоге рождается книга, в которой содержатся разнообразные умозаключения в единой исследовательской парадигме. Этот концепт давно стал популярен в мировой науке; приобретая коллективную монографию об интересующем направлении права, философии, истории квалифицированный читатель с большой степенью вероятности получит искомые сведения, идеи, доказательства.
Несомненно, автор – наиважнейший субъект в книге, это он конструирует представления о правовой реальности, описывает термины, понятия, дискурсы, ведет читателя по своим интеллектуальным тропам. Автор создает оригинальное знание о предмете исследования, формулирует и обосновывает новации, сводит воедино информационные, содержательные и смысловые линии. Главы в монографиях часто становятся сценой для презентации многолетних изысканий автора, которые были им ранее разрозненно опубликованы в статьях. Иногда глава в дальнейшем, после сопоставления с мнениями других, перерастает в авторскую монографию, – так нередко бывало с нашими авторами. Главы некоторых авторов, например, А. В. Полякова, В. И. Павлова, Н. В. Разуваева, по размеру и содержательным глубинам доходят до «книг в книге».
За 10 лет в серии опубликованы тексты 186 авторов, в том числе ученых с мировым именем: М. В. Антонова, М. А. Беляева, Н. В. Варламовой, Ю. Ю. Ветютнева, Я. И. Гилинского, Л. И. Глухаревой, В. В. Денисенко, А. Б. Дидикина, А. А. Дорской, А. В. Ильина, С. Н. Касаткина, С. В. Кодана, И. Ю. Козлихина, А. А. Краевского, И. Б. Ломакиной, Д. И. Луковской, С. И. Максимова, Н. И. Малышевой, А. М. Михайлова, И. Д. Невважая, Н. С. Нижник, А. И. Овчинникова, В. В. Оглезнева, П. А. Оля, И. И. Осветимской, В. И. Павлова, Ю. Е. Пермякова, А. В. Полякова, Н. В. Разуваева, Р. А. Ромашова, С. Л. Сергевника, А. В. Скоробогатова, Е. В. Тимошиной, Л. А. Харитонова, И. Л. Честнова и др.
Наши авторы – агрегаторы и проводники знаний в человеческий мир, сочетающие в себе функции исследователя, цензора, оппонента и пропонента.

– Какие монографии Вы бы отметили как ключевые?

– Высокий научно-исследовательский уровень был задан монографией «Постклассическая онтология права» (2016), в которой на 688 страницах некрупным шрифтом обоснованы современные правовые концепции, в том числе постклассическая диалогическая онтология права И. Л. Честнова, концепция прав человека и суверенитета государства А. В. Полякова, исследование стилей философско-правового мышления Е. В. Тимошиной, антропологическая концепция права В. И. Павлова, концепция правовой реальности С. И. Максимова, постклассическая онтология М. В. Ульмер-Байтеевой, темпоральная онтология права А. В. Стовбы, российский правовой реализм Е. Н. Тонкова и др.
Каждая монография стремится акцентировать особенность безграничной сферы права, что вызывает интерес как у сторонников фундаментальной юриспруденции, так и у правовых экспериментаторов. В этом смысле показательны две недавно вышедшие работы: «Постклассические исследования права: перспективы научно-практической программы» (2023) и «Толкование права: классика и постклассика» (2024).

– Существуют разные мнения о месте правового реализма в классификации типов правопонимания, монография «Российский правовой реализм» (2024) оживила дискуссии об особенностях современного отечественного права. В чем заключаются преимущества концепции российского правового реализма?

– Разделение типов правопонимания на естественноправовой, позитивистский и социологический в XXI в. носит весьма условный характер. Индивидуальная нормативная система конкретного правоприменителя формируется под воздействием многих факторов его жизни, корреспондирует с исповедуемой мировоззренческой системой. Наблюдаемое сближение позиций юснатурализма и позитивизма происходит преимущественно на концептуальных платформах социологического типа. Парадигма правового реализма позволяет снять теоретические противоречия, поскольку право состоит из реально действующих нормативных систем, многообразие которых и формирует актуальный правопорядок. Нормы, одобренные государством, составляют большее количество правил, потому что на их основе эффективнее осуществлять государственное принуждение. Но позитивными нормами не исчерпываются все источники права.
В отечественной науке под правовым реализмом долгое время подразумевались американский и скандинавский концепты середины XX в., однако в 2012 г. мной была предложена идея отечественного реалистического направления в теории и философии права, сформировавшегося на территориях бывшей Российской империи после Октябрьской революции 1917 года. Российский правовой реализм выявляет исторические закономерности, заложенные в правовой системе, иллюстрирует особенности отечественного правопорядка, в том числе отвечает на вопрос – почему юридическая практика не всегда согласуется с нормативно-правовыми актами. Можно предположить, что на территории Советской России практиковался не легизм (эксклюзивный позитивизм), а именно реализм, о чем свидетельствуют труды многих авторитетных теоретиков советского и постсоветского периодов.
Опубликованная в 2024 г. монография «Российский правовой реализм» впервые на русском языке предоставляет комплексное исследование основ концепции. Книга содержит ответы на важные теоретические и практические вопросы современности: что входит в структуру сегодняшнего правопорядка, сколько ветвей публичной власти функционирует в настоящее время и как они взаимодействуют друг с другом, боятся ли судьи выносить оправдательные приговоры, являются ли нормы преступных сообществ источником права, существует ли коррупционная модель толкования и многие другие.
Особое внимание российский правовой реализм обращает на взаимодействие двух сторон правовой реальности: «права в книгах» (совокупности нормативных актов) и «права в жизни» (корпуса правоприменительных решений), основанных на положениях традиционной социологической юриспруденции с постклассическими уточнениями и дополнениями. По моему мнению, избыточное внимание к «праву в книгах», при игнорировании правоприменительных тенденций, дезориентирует современного выпускника юридического вуза, делает его неподготовленными к практической деятельности. Наравне с текстуализированными нормами права необходимо учитывать «право в жизни», организационные особенности публичной власти, культуральные доминанты, религиозные традиции, политические доктрины, юридические практики, корпоративные нормы гражданских сообществ и силовых ведомств, деловые обыкновения предпринимателей и иные факторы, организующие социальный порядок. Право представляется многоаспектным явлением, состоящим из неравноценных по значимости правил; оставление без внимания всей палитры воздействий на правоотношения может привести к бесперспективным юридическим стратегиям и непредсказуемым результатам.

– Насколько российский правовой реализм вписывается в общемировую парадигму реалистических концепций?

– В настоящее время российский вариант правового реализма стал признанным направлением в мировой науке: его существование поддерживают ведущие отечественные и зарубежные правоведы, в том числе А. В. Поляков, Е. В. Тимошина, М. В. Антонов, Б. Лейтер, Б. Бикс, Т. Спаак и др. Обоснованность концепции подтверждается и включением понятия «российский правовой реализм» в авторитетную Энциклопедию философии права и социальной философии, которая с 2017 г. существует в электронном виде на интернет-сайте издательства «Спрингер» (Springer) и в печатном виде вышла в 2023 г. Спецификация реалистических движений связана с цивилизационными особенностями государств и народов. Представляется аргументированным наличие всех подобных условий в России: сформировавшиеся в революционную эпоху реалистические подходы к решению конкретных юридических задач укоренились в социалистическом праве на многие десятилетия и едва ли можно утверждать, что в современном российском праве они перестали использоваться.
Наиболее известными, или классическими, направлениями правового реализма ранее считались американский и скандинавский варианты. По нашему с Д. Е. Тонковым мнению, американские, скандинавские и российские правовые реалисты первой половины XX в. имеют разные национальные истории, но они разделяют общее понимание своей роли как посредника между «книжным» правом и практическими проблемами человека. Представители правового реализма используют предпосылку о том, что право существует в виде практического инструмента: в таком смысле в период между двумя мировыми войнами американское, скандинавское и советское право становилось в большей степени опытом, юридической практикой, нежели теоретической конструкцией. Несмотря на различия вариантов правового реализма, указанные три течения направлены на устранение препятствующего общественному развитию юридического формализма и утверждение понимания права как социопсихологического феномена.
Оказавшись сегодня в едином ряду феноменов с американским, скандинавским, французским, итальянским, немецким и другими движениями правового реализма, российский вариант предоставляет возможность изучить отечественный правопорядок в комплексе переплетающихся нормативных систем, основанных на значительном количестве источников права, а также осознать преемственность моделей его толкования. Важной особенностью российского правового реализма является связь дореволюционных, советских и современных подходов к юриспруденции, позволяющая рационально проанализировать текущий правопорядок, в том числе выявить закономерности его функционирования и спрогнозировать дальнейшее развитие юридических практик.

– Серия узнаваема читателями не только фундаментальным содержанием, именитыми учеными, но и неклассическим для строгой юридической литературы оформлением обложек монографий: от фрагментов картин Иеронима Босха, Поля Гогена, Рене Магритта, Веры Ливановой и многих др. до фотографии монумента В. И. Ленина на фоне современной Москвы. По каким критериям Вы подбираете работы художников и фотографии для обложек серии?

– Обложка должна соответствовать смыслу и содержанию книги на трансцендентальном уровне. Также я учитываю интересы издательства с точки зрения продаж. Приходится оценивать много ассоциативных рядов, просматривать большое количество художественных произведений. При трудности выбора я советуюсь с соредакторами, художниками и коллегами. Вот, например, сейчас идет поиск обложки на книгу «Перспективы правового реализма», пока ничего из просмотренного не вдохновило. Художественная интуиция нам в помощь, но красивая обложка не может заменить интеллектуального текста: форма должна соответствовать содержанию. Некоторые столичные магазины заказывают у Издательства книги только нашей серии и серии «Pax Britannica».

– Как возник логотип серии в виде частично измененного женского образа на картине Э. Делакруа «Свобода, ведущая народ»?

– Тема свободы в философии права имеет основополагающее значение, именно стремление к свободе становится двигателем правовых изменений. Свобода реализации воли носит безграничный характер, пока не столкнется со свободой Другого. Борьба за право либо предшествует борьбе за свободу, либо эти распространенные формы человеческой деятельности осуществляются синхронно. Можно рассматривать право как методологию борьбы человека за свою индивидуальную и коллективную свободу. Мы знаем, что в отечественной юриспруденции велика роль женщин, особенно в судах, ибо при принятии юридически значимых решений женщины могут оказаться решительнее мужчин. Единственная деталь, которую Издатель исправил в моем эскизе – закрыл оголенную женскую грудь, с чем я вынужден был согласиться. Весы в руке женщины сочетаются с винтовкой в большей степени, чем с архаичным мечом. Уверен, что производный от «Свободы» Делакруа символ Фемиды является современным.

– В этом году исполнилось не только 10 лет с основания книжной серии «Толкование источников права», но и отмечается Ваш юбилей – 60 лет. Желаем процветания книжной серии «Толкования источников права», личного благополучия, успехов в науке и адвокатской практике.

– Большое спасибо! В свою очередь, желаю уважаемому Евразийскому юридическому журналу продолжать быть той самой незаменимой интеллектуальной площадкой, где встречаются теория и практика, где рождаются смелые идеи и происходит честный профессиональный диалог. Пусть ваши страницы и впредь объединяют ярких авторов и вдумчивых читателей, способствуя развитию отечественной юридической науки. Крепкого здоровья, творческой энергии и новых интересных проектов всему коллективу!